тька с перепугу здорово преувеличивал - никакой пули в нем нет, ни в
  пупке, ни в другом месте, улетела пуля в неизвестном направлении, слегка
  задев Витькин упитанный бок, содрала кожу, мягкие ткани, ну и жир, само
  собой. Хотя крови из Витьки вылилось предостаточно, но главное, что ни о
  какой операции речи не шло. Я так воодушевилась, что минут за пятнадцать
  смогла заштопать Витьку, предварительно сделав ему укол. Обработать рану и
  наложить швы для меня вещь пустяковая, я даже запела на радостях, что все
  так расчудесно обошлось, и тут вторично обратила внимание на Витькин пупок,
  то есть не на сам пупок, а на пространство, находящееся чуть ниже. По
  первому-то разу, когда я думала только о пуле, я на его татуировку даже не
  взглянула, а теперь заинтересовалась. Внизу живота, возле известного места,
  полукругом было выколото слово из трех букв. Буквы были большими,
  украшенными гирляндами из цветов и бабочек. Я смотрела на все это с
  некоторым недоумением, Витька, заметно повеселевший после обезболивающего
  укола, хмуро крякнул и сделал попытку чем-нибудь прикрыть причинное место. Я
  вспомнила слова Груни о том, что Витька наколки стесняется, оттого штаны
  снимает исключительно впотьмах. Мне б, конечно, отвести взгляд, но буковки
  были так затейливо украшены, а я от природы любопытна, оттого и хотела
  рассмотреть, что там к чему, я имею в виду рисунок. Витька вдруг резко
  сменил окраску