к папе и позвала:
   - Пап, ты где?
   - Здесь, - отозвался он.
   Парни осторожно приблизились, а Ряха робко начал:
   - Совет нужен, дельный. Мы, дядя, в дерьме по самые уши. Может, есть
  какой способ вылезти?
   Папа молчал, и мы молчали, напряженно ожидая. Вдруг папа ткнул в меня
  пальцем и, не приходя в сознание, заявил:
   - Спроси у нее. - Далее папа натурально отключился и на призыв вернуться
  не реагировал, а все, в том числе и Груня, уставились на меня. Я
  затосковала: люди чего-то ждут, вроде я должна ответить, а чего, интересно,
  я отвечу?
   - Ну? - поторопил нетерпеливый Ряха.
   - Чего "ну"? - разозлилась я.
   - Батя сказал, ты знаешь.
   - Чего я знаю?
   - Чего-та знаешь, раз отец сказал. Ты не таись, дело у нас такое, что
  тянуть с ним никак нельзя, рассказывай.
   - Чего? - злясь все больше, спросила я, а папа, вновь побеспокоив
  Пафнутия, отозвался эхом:
   - Рассказывай...
   Я поскребла в затылке, прикидывая, чего бы им рассказать. Но так как в
  голове у меня твердо засела мысль о мордастых ребятах, которые никак не
  желали от меня отвязаться и портили жизнь, то вышло как в пословице: "Кто
  про что, а вшивый все про баню". Я вздохнула и предложила:
   - Давайте я вам про Колю расскажу.
   - Про Колю? - не понял Витек, тоже поскреб в затылке и неожиданно
  согласился:
   - Ну, давай про Колю...
   И я принялась рассказывать. Где-то через пять минут стало ясно: про Колю
  парням