блей и попросила
  передать привет бабке.
   - Пусть не беспокоится.
   - К отцу пойдешь?
   - Пойду, - вздохнула я, подхватила сумку и направилась к гаражам, не
  рискнув пересекать двор. Возле гаражей я торопливо переоделась. Избавившись
  от Груниного платья и туфель, я почувствовала себя несколько лучше, но все
  равно на душе было скверно.
   "У человека должен быть дом, - с тоской рассуждала я. - Иначе это не
  человек вовсе. Вот взять меня, к примеру. Иду темной ночью - куда, зачем и
  что ждет меня за поворотом?"
   За поворотом, то есть за ближайшим гаражом, меня ждал мужик в ветровке.
  Ухватился рукой за сумку и загробным голосом вопросил:
   - Жить хочешь?
   - Уже не очень, - вздохнула я. Мужик сумку отпустил, забежал немного
  вперед и поинтересовался:
   - А чего так?
   - Да задолбали все, - в сердцах ответила я. - Киллеры, мафия, трупы в
  багажнике. Домой не могу попасть, бабка полотенцем машет, Юрик в домушке
  сторожит. Не жизнь, а детектив какой-то.
   - Да, - уважительно протянул мужик, - не позавидуешь... Куда идешь-то? -
  вздохнув, спросил он.
   - Прямо. Говорю, домой не могу попасть. А мне спать охота.
   - Ну, это не проблема. Бутылку купишь? Пойдем ко мне, я здесь рядом живу.
  Выспишься, и уж точно никакая мафия тебя там не достанет.
   Предложение показалось мне дельным. Я кивнула, и мы потопали к
  гастроному. По дороге познакомились. Звали мужчину Стасик, и он как две
  капли воды был похож