уня, дура совсем, - приуныл Витька. - То есть ты, как бы это...
  недопонимаешь.
   - Все я понимаю, - ответила она. - Поехали.
   Кончилось тем, что поехали мы все вместе, и тут началась маета. Витька
  сидел за рулем и вроде как оглох, а Ряха с томлением пялился на кейс,
  лежащий на его коленях, и даже постукивал по нему пальцами.
   - Приличные деньги, - заметил он тихо.
   - Отвянь, - твердо заявил Витек. - Папуля что сказал? Денег не брать.
  Все. Заметано. И не нервируй меня.
   - Нет так нет, - обиделся Ряха и стал смотреть в окно.
   Через полчаса мы подъехали к казино "Олимпия", Витька взял кейс и,
  сказав:
   - Ждите здесь и не высовывайтесь, - направился к боковому входу.
   - Папуля у тебя, конечно, гений, - вздохнул Ряха, провожая друга
  взглядом, - но бабки все же приличные.
  
  ***
  
   Витька вернулся минут через десять, сел в машину и, ничего не говоря,
  поехал по проспекту. Мы тоже молчали. Ряха печалился, а Груня удовлетворенно
  улыбалась. Я же совершенно не знала, как относиться к происходящему.
  Филонова нарисовал папа, неужто за картину отвалили настоящие деньги?
   В этот момент за нашей спиной что-то грохнуло. Мы втянули головы в плечи,
  а потом дружно оглянулись. Второй этаж "Олимпии" был объят пламенем, из
  открытых настежь дверей ломились люди, а ор стоял такой, что уши
  закладывало.
   - Ряха! - заорал Витька не своим голосом, жутко бледнея, а тот торопливо
  перекрестился.