ь Володю на помощь я не стала, решив, что справлюсь сама. Я открыла
  багажник, и первое, что увидела, было одеяло в бело-голубую клетку, но его
  вид мне сразу не понравился: что-то такое под ним угадывалось
  подозрительное.
   Я немного постояла в нерешительности, затем ухватилась за угол одеяла, и
  тут причина неожиданно нахлынувшего на меня беспокойства стала ясна. Под
  одеялом лежал человек. Сначала я увидела плащ и шляпу. То есть мужчина был в
  плаще, а шляпа лежала на его груди, и уж только после этого я перевела
  взгляд на его лицо. Лучше бы мне этого не делать. Лицо имело странный
  сероватый оттенок, точно покрылось каким-то налетом, глаза были широко
  распахнуты, а рот приоткрыт. В целом все выглядело так паршиво, что и
  вспоминать не хочется.
   Первым моим желанием было заорать во все горло, что я и вознамерилась
  сделать, и даже уже широко разинула рот, но вместо громогласного вопля из
  него вырвалось какое-то подозрительное шипение. Я испуганно прикрыла рот,
  огляделась и тут заметила, что ко мне направляется отец семейства,
  расположившегося по соседству. Я резко захлопнула багажник и уставилась на
  мужчину, ожидая, что он произнесет что-нибудь вроде: "Руки за голову, лицом
  к стене...", но вместо этого он сказал:
   - Извините, у вас спички есть?
   - Не-е, - промычала я, загораживая багажник, как будто мужчина мог
  увидеть сквозь железо его содержимое.
   - Извините, - еще