знает. Одна надежда, что глазастая Варвара обратила внимание
  на машину. А что, если это вовсе не его машина? Угнал, подлец, где-нибудь,
  оттого труп в багажнике и возит. Конечно, как же это я сразу не сообразила.
  Сейчас все разъедутся, этот гад меня и Шляпу в озеро, машину в кустах бросит
  - и поминай как звали...
   "Надо что-то делать", - с отчаянием подумала я и для начала покинула
  кусты, несмотря на сильное беспокойство желудка. Я потрусила к машине и тут
  увидела Володю. Он торопливо возвращался, с кем-то разговаривая по сотовому.
  То, что машина числится в угоне, стало мне совершенно ясно, - чтобы парень с
  сотовым разъезжал на такой развалюхе, да никогда на свете. А этот мерзавец
  уже и не прячется, идет себе как ни в чем не бывало и телефон в руке держит,
  не боится, что я выведу его на чистую воду, знает, подлец, что недолго мне
  жить осталось.
   При этой мысли я вновь обратила свой взор на кусты и уже сделала шаг в
  том направлении, но опомнилась и решительно сказала: "Возьми себя в руки,
  иначе этот гад в самом деле тебя укокошит".
   Гад между тем приближался, и на лице его, обращенном ко мне, появилась
  иезуитская улыбка.
   - Не повезло, ни одной сухой ветки, - заявил он, подойдя на опасное
  расстояние. Телефон все еще был в его руке, он проследил мой взгляд и сказал
  со вздохом:
   - С работы звонили, завтра в шесть утра улетаю в Питер. - Он опять
  вздохнул, косясь на меня как-то чересчур подозрительно, точно