ей.
   - На чем подъехали? - на всякий случай поинтересовалась я, хотя зрению
  Клавдии по-прежнему не доверяла.
   - На джипе. Здоровый, черный, а может, синий, Клавдия не уверена.
   - Ну и где джип? - усмехнулась я.
   - Должно быть, уехал, - пожала бабка плечами. - Наш-то, в шляпе, полежал
  в подъезде, очухался и того...
   - Ага, - хмыкнула я, - он же мертвый был.
   - Ты думаешь? - горько вздохнула бабка, а Юрик заерзал на подоконнике.
   - И ничего не мертвый, - загнусил сосед, - мертвые на джипах не ездят.
  Живой он, и напрасно вы, Варвара Васильевна, себя беспокоите...
   - Молчи, - рявкнула бабка и вновь обратилась ко мне:
   - Василиса, что ж нам делать-то? В милицию заявлять? А ну как мужик
  живой? Явится и нам тут такое устроит...
   - Вот-вот, - закивал Юрик. - На джипах крутые ездят, а мы его в
  покойники... Квартиры лишимся, - заявил он не к месту, а бабка заплакала.
   Вынести это зрелище я не могла и метнулась было к телефону, чтобы
  позвонить в милицию и разом прекратить все это, но замерла на полпути: знать
  бы, чья Шляпа лежит в багажнике, а ну как наша-то гуляет, а Володя убил
  совсем нам неведомую. И тут в голову мне пришла вполне здравая мысль: Володя
  вел себя не правильно. Убив человека и запихнув его в багажник машины, не
  оставляют ее открытой, да еще с ключами на коврике, и уж тем более не
  раскатывают с трупом по городу, и не предлагают мне забрать одеяло, которым
  этот самый покойник