вав крайнюю степень своего возмущения.
   - Никакой пользы от мужиков, - горестно вздохнула сестрица, и мы с
  удвоенным рвением приступили к поискам.
   Где-то через час над нами замаячила голова Евгения.
   - Ну как? - сонно спросил он.
   - Никак, - пожала я плечами.
   - Я это... насчет обеда пойду.
   - Там Михаил.
   - Так ведь он при Иннокентии.
   - В самом деле, пусть идет, - вмешалась Мышь. - Гений-то наш, кроме
  жареной картошки, ничего не сделает, а мне после такой работенки калории
  нужны.
   Евгений был отпущен, и мы, таким образом, остались без впередсмотрящего.
  Оттого-то появление соседей заметили не сразу. Первым возник тот, кого звали
  Коля, присев на корточки рядом с фундаментом, он спросил:
   - Копаете?
   - А то не видно? - обиделась Мышильда.
   - Видно, - согласился он, по некоторой заторможенности чувствовалось, что
  до конца в себя он еще не пришел.
   - Перекур, - сказала я Мышильде, вылезла из ямы сама, выдернула ее и
  присела рядом с парнем, он взглянул на меня и отчетливо охнул. Тут и второго
  Бог принес, я имею в виду Сергея. Он хмурился и чем-то был недоволен.
  Заглянул в яму и поинтересовался:
   - А чего это вы здесь роете?
   - Клад, - удивилась я. - Я ведь вам рассказывала утром. Клад купца
  Калашникова. Он зарыл, а мы ищем. Он наш прадед, так что право имеем.
   - Никаких вы прав не имеете, - вдруг разозлился Сергей. - И вообще,
  мотайте отсюда.
   - Откуда?