ткуда? - не поняла я. Он стал наливаться краской, а я поднялась во
  весь рост и взглянула на его макушку. Следовало человека просветить. - Дом
  сгорел, - загибая пальцы, очень доходчиво начала объяснять я. - Этот пустырь
  ничейный. Хочу рою, хочу нет. Прадед мой, значит, и клад мой. А если ты
  считаешь по-другому, то сам и мотай.
   День был жаркий, и парень, должно быть, с утра неважно себя чувствовал.
  Подняв подбородок, он сказал:
   - Да я тебя...
   - Что? - удивилась я, а отважная Мышильда перехватила в руках лопату на
  манер боевой секиры.
   - Сказали - мотай, - не унимался парень.
   - Не шали, - погрозила я ему пальцем, затем, ухватив его за ухо, дернула
  сначала вверх, потом вниз.
   - Убью! - взвизгнул он, а я, отпустив его ухо, отскочила в сторону и
  дружески предложила:
   - Догони.
   Он честно пытался. Однако при росте метр семьдесят сантиметров он весил
  никак не меньше девяноста килограммов, к тому же пил, курил и вообще образ
  жизни вел очень далекий от здорового. Поэтому на десятой минуте уже
  задыхался, хрипел и вытирал пот, градом катившийся по широкой физиономии.
  Для меня десятиминутная пробежка дело пустяковое, я в отличие от своего
  преследователя не потела, дышала ровно и разминке радовалась. К этому
  моменту на пустыре возник номер третий, то есть Саша, или Клей. Несколько
  минут он с недоумением взирал на нашу игру в догоняшки, потом спросил у
  Коли:
   - Чего