е-то законы, мне такие не нравятся.
   - Законы не для того, чтобы нравиться, а для того, чтобы их соблюдать, -
  с тоской заметила сестрица и, конечно, была права. Мышильда всегда права,
  коли речь заходит о законах, тут и говорить нечего. Немного подумав, я
  предложила компромисс:
   - Тебе незачем соваться в это дело. Будем считать, что оно сугубо личное,
  то есть мое.
   - Завелась, да? - нахмурилась она. - Вот так всегда. Коли есть у человека
  семья, так нет покоя. Ладно, допустим, есть закон и есть справедливость,
  можно поступить незаконно, но справедливо и как-то с совестью поладить.
   - Я со своей всегда лажу, - заметила я.
   - Ну и я научусь. Следующий вопрос: с чего ты взяла, что деньги за мумию
  у них?
   - А где им еще быть? Глупо отдать ценную вещь и не взять деньги сразу.
  Потом их могут не захотеть платить. Разве не так?
   - Пожалуй, так, - согласилась сестрица. - А Сашка тебе не сказал, получил
  он деньги или нет?
   - Он этот вопрос так аккуратненько обошел, что мне стало совершенно ясно
  - получил. Я просто уверена, они у него здесь, то есть в доме.
   - И как ты намерена их заполучить?
   Я вздохнула несколько обиженно:
   - В конце концов, ты тоже могла бы предложить что-нибудь путное.
   - Приставить к его затылку пистолет и "бабки" потребовать? Так у нас и
  пистолета нет, а потом, угроза с применением огнестрельного оружия... -
  Мышильда скривилась.
   - Да, не годится, - согласилась я. Мы