ила
  Степановича утром отругала, а он мужчина настойчивый и любопытный, пошел еще
  раз на пустырь свои подозрения проверить и что-то там углядел.
   - А вредитель заманил его и... - закончила Мышильда. Мы разом вскочили. -
  Идем скорее, может, жив еще...
   Я влетела в кухню за Евгением, потому что в таком деле каждый боец на
  счету, и растерянно замерла: хозяин отсутствовал. Окно было распахнуто
  настежь, и никаких признаков наличия Евгения Борисовича в доме и на улице не
  наблюдалось. Самым пугающим было то, что на столе осталась стоять недопитая
  бутылка водки. Что-то чрезвычайное заставило Евгения бросить ее и кинуться в
  окно.
   - Его похитили, - мрачно предположила я. - Кто-то подошел к окну, Евгений
  высунулся и был схвачен.
   - Точно, - скривился Максим. - Как петух. - И запел дурным голосом:
   - "Несет меня лиса за синие леса..."
   - Замолчи, - пристыдила Мышильда и ткнула пальцем в бутылку. - Видишь?
  Разве ж он по своей воле ее бросит?
   Это произвело впечатление. Макс подошел к окну и все тщательно осмотрел,
  потом, сказав нам: "Стойте здесь", - вышел на улицу и вскоре уже обследовал
  траву под окнами. Она была заметно примята.
   - К окну кто-то подходил, - кивнул он. - Стоял вот здесь, в этом месте в
  земле след отпечатался. Видите? Мужской ботинок, примерно сороковой размер.
   - Видим, - дружно кивнули мы.
   - А казачок-то засланный, - шепнула сестрица, наблюдая за тем, как Максим
  ползает на четвереньках