самом деле могу упасть в обморок.
   - Иваныча, участкового нашего. Я его жена.
   - Очень приятно, - брякнула Мышильда, а Максим подвинул даме стул.
   - Присаживайтесь, - пролепетала я. Настасья Филипповна, все еще улыбаясь,
  ответила:
   - Спасибо, времени нет. В театр собрались. Иванычу билеты дали, на
  оперетту. Где он?
   - Ушел, - ответила я и вздохнула.
   - Куда? - не поняла супруга участкового и стала гневаться:
   - Куда ж его черти уволокли? Ведь русским же языком говорила... Давно
  ушел?
   - Давно, - сознались мы. Она задумалась и плечами пожала:
   - Сказал, до вас дойдет, спросит, как супруг ваш, и сразу домой... А
  супруг-то нашелся?
   - Нет, - ответила я.
   - А хозяин где? - нахмурилась Настасья Филипповна, не обнаружив такового
  за столом.
   - Тоже пропал, - брякнула Мышильда, вытаращив глаза. - И ваш следом... то
  есть он пошел на пустырь, и мы за ним, а там уже никого...
   Женщина начала бледнеть и села на стул.
   Следующие два часа мы метались по улице в поисках участкового. Следует
  сказать, что проживал он неподалеку, на этой же улице, в доме номер сорок
  три, и вскоре поиски приняли общенародный характер. Искали и стар и млад,
  больше, конечно, млад, создавая много шума и неожиданно выскакивая из-под
  ног. К поискам подключили всех дворняг в округе и одного добермана, который
  во всеобщей суматохе так разволновался, что залез под чужое крыльцо и громко
  выл.
   Кто-то вспомнил,