и мы устремились к
  гробнице. Из темноты возник череп, но почему-то он лежал у нас под ногами,
  потом еще один и еще, все черепа вдруг переместились на пол. Вскоре причина
  стала ясна - крышка гробницы была сдвинута. Мотыль стоял рядом, сунув внутрь
  свою голову вместе с руками, как видно, прихватывая наше добро.
   - Мамочки... - вдруг охнула сестрица, а Макс сказал:
   - Черт.
   Тут и я чертыхнулась. Мы подошли вплотную, а родственник так увлекся, что
  на нас даже не взглянул. Потом я поняла, что он вовсе не стоит, как казалось
  вначале, а висит.
   - Чего это он? - удивилась я, а Макс опять сказал:
   - Черт, - и ухватился за Мотыля, передав фонарь Мышильде.
   Тот завалился на сторону, и мы увидели его голову, точнее, то, что от нее
  осталось. Кто-то очень сильно ударил его по затылку, и, судя по всему, не
  один раз.
   - Монтировка, - сказала Мышильда недрогнувшим голосом. И точно -
  окровавленная монтировка валялась в пяти шагах от нас.
   - Видно, он ее сам и принес, чтобы крышку сдвинуть. А кто-то подошел
  сзади и треснул его по голове.
   - Конечно, мы ж ему про вредителя не рассказывали, и он никого здесь
  встретить не ожидал.
   Слово "вредитель" вернуло меня к мыслям о сокровищах.
   - Что в гробнице? - спросила я.
   - Ничего, то есть скелет. Выглядит неважно, и ни одного бриллианта.
   - Чертов сукин сын, - рявкнула Мышильда. - Обскакал-таки троюродный.
   - Ну, это мы еще посмотрим, - прорычала