о-гусарски всю
  ночь и весь день.
   Все это мы узнали несколько позже, а пока Иннокентий Павлович был послан
  за Настасьей Филипповной с радостной вестью. Настасья Филипповна так
  радовалась, что вскоре на пустыре собралась вся улица, а ее супруг быстро
  пришел в себя. Я смогла привести в сознание Михаила Степановича, а Мышильда
  материнской заботой Евгения. Вид пропавшей троицы внушал печаль. Михаил
  Степанович шептал себе под нос "Я не унижусь пред тобою", Евгений шевелил
  пальцами ног и нервно одергивал майку, а участковый, стыдясь и краснея,
  разглядывал свои ботинки. Самые бойкие граждане интересовались, каким путем
  можно проникнуть в землю обетованную, то есть на склад, а хозяин магазина
  "Журавушка", несмотря на воскресный день, уже вызвал бригаду каменщиков.
   Столь счастливую развязку испортили представители правоохранительных
  органов. На этот раз они появились на трех машинах. Максим был впереди и
  выглядел очень рассерженным. Михаил Степанович, завидя милицию, разом
  протрезвел и удалился в дом, прихватив Евгения. Мы сочли за благо тоже
  удалиться, однако Мышильде на месте не сиделось, и она отправилась на
  разведку. Минут через десять вернулась и крикнула с порога:
   - Лизка, Сашку увозят!
   - А его за что? - удивилась я.
   - За что... - фыркнула Мышильда. - Знаешь, как у нас говорят - был бы
  человек, а статья всегда найдется. Выйди, парень страдает.
   Я бросилась