ла:
   - Марья Семеновна, покажи ему свою ксиву.
   Марья Семеновна сходила в дом и показала. Макс взглянул, тоже рукой
  махнул и удалился, поняв, что один против Иннокентия и Мышильды не потянет.
  Дело в том, что сестрица уже десять лет стояла на страже закона в областной
  прокуратуре, в должности следователя по особо важным делам.
   Мы тепло простились с хозяином, пообещав в следующий отпуск непременно
  заглянуть к нему, загрузили Михаила Степановича в машину Иннокентия, чему
  тот пытался было воспротивиться, но быстро сник и отбыл, а мы с Мышильдой,
  устроившись в "Фольксвагене", напоследок прокатились по городу.
   - Все-таки они где-то здесь, - глядя на сверкающие купола древнего
  собора, заявила сестрица.
   - Кто?
   - Не кто, а что. Сокровища. Тридцать золотых червонцев...
   - Три колье... - подхватила я, но в этот момент нас лихо обошел белый
  "БМВ" и мигнул габаритами, приглашая остановиться. Мышильда вытянула шею, а
  я притормозила. Из "БМВ" вылез Макс и не спеша пошел к нам.
   - А не хило менты живут в этом городишке, - заметила сестрица. - Если
  тачка его, конечно.
   - Свистнул, наверное, - презрительно сказала я. Макс открыл дверь и
  плюхнулся на заднее сиденье, хоть его и не приглашали.
   - Сматываетесь? - спросил он, обращаясь ко мне.
   - Уезжаем.
   - А как же Сашка? Ты вроде бы собиралась за него замуж?
   - Я передумала. Заведу собаку. Сказал "всего доброго" и выметайся.
   - У