Это тоже муж? - удивился Евгений.
   - Бывший, - покаялась я.
   - Не выглядит, - задумчиво сказал хозяин, разглядывая гостя. Тот собрался
  что-то ответить, но в этот момент в кухню влетел Михаил Степанович и
  возмущенно воскликнул:
   - Что же это делается, Елизавета? Мне в проживании отказано, а ему,
  значит, можно?
   - И ему нельзя, - успокоила предпоследнего я и перевела взгляд на
  Иннокентия Павловича. - Кеша, дом не безразмерный, тебе здесь места нет.
   - Я найду где устроиться, - с достоинством ответил он. - А вот этот что
  здесь делает?
   - Что вы оба здесь делаете? - возмутилась Мышильда. - Люди серьезным
  делом заняты, а вы тут таскаетесь и волнуете Елизавету Петровну по пустякам.
  Стыдились бы.
   - Но у меня отпуск, - в самом деле устыдившись, заметил Иннокентий.
   - И у меня, - встрял Михаил, а я добавила:
   - Бессрочный. Покиньте дом оба и не нервируйте меня, - закончила я и
  отвернулась. Дом они покинули, но на этом все, само собой, не закончилось.
   День, как видно, не сулил нам ничего, кроме неприятностей. Пытаясь
  поскорее забыть о моих мужьях, мы торопливо закончили завтрак и пошли на
  пустырь. При нашем появлении в районе соседской дыры мелькнула легкая тень.
  Мы подошли к фундаменту и ахнули: кто-то (ясно кто - предполагаемый
  родственник или просто самозванец - Эдик, одним словом) не только облазил
  освобожденную от крапивы территорию, повсюду оставив следы,