сама
  сторожи.
   Настроение было испорчено. То, что враг копался в нашем фундаменте и
  остался безнаказанным, несказанно печалило.
   - Черт с ним, - махнула я рукой. - Приступаем к работе.
   Приняв черта на свой счет, Михаил Степанович залез в шалаш и затих там,
  да так основательно, что мы умудрились совершенно про него забыть.
   Нам предстояло очистить от хлама изрядное пространство, и мы взялись за
  работу. Примерно минут через десять ее пришлось прервать: Мышильда,
  зацепившись за что-то штаниной, не удержалась на ногах и упала.
   - Что за дерьмо? - спросила она громко и стала обследовать место, где
  рухнула.
   Зацепилась она за лист железа, точнее, за его угол, нахально торчащий из
  земли. Сам лист был присыпан землей и мусором. Мышильда сначала попробовала
  разогнуть мешавший кусок, потом попыталась его выдернуть и позвала меня на
  помощь. Изрядно поднапрягшись, я вынуждена была признать, что моих сил явно
  недостаточно. Нахальный кусок железа начал раздражать нас по-настоящему, и
  мы взялись за него всерьез, счищая лопатами землю. За этим занятием нас
  застал Евгений, пришедший звать к завтраку.
   - Тут подпол был, - пояснил он, присев на корточки. - Глубокий,
  страсть... от старых времен. Вот и прикрыли, стало быть, чтобы беды не
  случилось. Ребятишки или еще кто упасть могли. И уж точно руки-ноги
  переломали бы.
   Предполагаемый подпол находился совсем не в том месте,