чавкало. Случайно набредя на эту дыру с решеткой, я бы решила из-за
  близости реки, что это какое-то гидротехническое сооружение: например,
  труба, проложенная для слива воды во время половодья, или еще что-нибудь в
  этом роде. Вновь открыв решетку и оглядев каменные плиты пола, я обнаружила
  на них большое количество речного песка и покосилась на реку: в половодье
  ход, безусловно, заливает водой. Этим своим наблюдением я поделилась с
  сестрицей.
   - Да, - согласно кивнула она, - может, поэтому покойник и не смог
  выбраться из тоннеля.
   Мысль показалась мне интересной.
   - Что ж, - вздохнула я, вдоволь налюбовавшись и дырой, и решеткой. -
  Отправимся назад?
   - Ну уж нет, - покрутила головой сестрица. - Пойдем лучше поверху. Здесь
  всего-то пять шагов.
   Пять не пять, но дом Евгения Борисовича в самом деле виднелся неподалеку,
  сверкая на пригорке крышей из оцинкованного железа.
   - Давай бумажник проверим, - предложила я. В бумажнике оказались деньги,
  несколько сотен рублей и десять стодолларовых купюр, водительское
  удостоверение и паспорт на имя Краснова Ивана Петровича, и еще один паспорт
  на имя Тулина Ивана Павловича. Причем с фотографий в обоих паспортах на нас
  сурово смотрело одно и то же лицо.
   - Не хило, - заметила я, почесав за ухом.
   - Не хило, - задумчиво повторила сестрица, согласно кивая, а потом задала
  вопрос:
   - Кому могут понадобиться два паспорта?
   - Жулику,