. Теперь сокровища казались совершенно
  реальными, и, похоже, до них было рукой подать. Однако решать, конечно,
  сестрице.
   - Лежал он там и еще немного полежит, - нахмурившись, вдруг очень
  решительно заявила она. - Как закончим с кладом, так и сообщим. Ничего с
  покойником не сделается.
   Корыстолюбие Мышильды вызвало у меня легкий шок, а вместе с тем бурную
  радость, ибо прекратить сейчас поиски было свыше моих сил. Как можно вдруг
  все бросить, когда приключение привалило, да такое, что не с каждым
  случается: клад, подземный ход, а теперь еще и мумия.
   - Спиши его данные, а бумажник положим на место.
   - С деньгами? - спросила я и, увидев лицо Мыши, устыдилась. Свистнуть
  вещественные доказательства при всей своей алчности она не могла, а между
  тем нуждалась и даже бедствовала. Что-то я в сестрице проглядела, если бы не
  вредность, она вполне могла бы считаться неплохим человеком.
   Я легонько потрепала ее по плечу, делая вид, что стряхиваю грязь,
  взглянула со вздохом на крышу дома Евгения Борисовича и решила огорчить
  Мышильду, несмотря на то что ее поведение вызвало во мне уважение.
   - Возвращаться придется подземным ходом. Решетку надо запереть, не ровен
  час, влезет кто-нибудь и заприметит нашу находку. Далее, надо вернуть вещи
  покойнику и запереть дверь из подвала. К тому же, если мы сейчас поплюхаем к
  дому со стороны реки, да еще с рюкзаком, нас кто-нибудь непременно