е? - всплеснув руками, запричитала Мышильда. - Он что,
  вражина, слов человеческих не понимает?
   - Ну, все, - выдохнула я, направляясь к дыре. Михаил Степанович бежал
  впереди, на ходу поясняя:
   - Всю ночь глаз не сомкнул, всю ночь, и только под утро...
   - Ты его видел? - спросила я. Михаил смутился, но соврать не рискнул.
   - Нет. В крайне короткий промежуток времени изловчился, подлец...
   Стало ясно, что, несмотря на истовые заверения, Михаил Степанович спал
  крепко и непробудно, а проснувшись под утро и завидя следы бурной
  деятельности нашего соседа, впал в отчаяние и начал бегать кругами. В этом
  случае ломиться в дом в шесть утра и пугать хозяйку все-таки не стоило, но я
  уже достигла дыры и заглянула в нее. Бабка сидела на крыльце, точно
  поджидая; завидев меня, она вскочила и громко крикнула:
   - Нету его, совсем нету! Вчера съехал! - После чего, дико выпучив глаза,
  она дважды пискнула:
   - Свят, свят, - и торопливо исчезла в доме.
   - Как тебе это нравится? - спросила я Мышильду, когда мы уныло
  возвращались к родному фундаменту.
   - Совсем не нравится. Троюродный сменил базу, теперь выслеживай его,
  точно у нас нет других занятий.
   - Да, - со вздохом согласилась я. - Придется ночью самой заступать.
   - Я с тобой, - с готовностью сказала Мышь и одарила меня чистым и ясным
  взором.
   - Я знала, что могу на тебя положиться, - с легким всхлипом ответила я и
  торопливо