к забавно, тараща на меня глаза, что я ответила.
   - Никто. Сидели вместе.
   Челюсти у обоих враз отпали, а я порадовалась, для Зойки я, конечно,
  ничего полезного не сделала, но хоть этим двоим настроение испортила.
   Найти общагу оказалось делом нетрудным, унылое серое здание действительно
  было в трех шагах от остановки. Я вошла в квадратный холл с зарешеченным
  окном и поморщилась: вонь стояла несусветная, пахло капустой и подгоревшим
  маслом. Стол в центре холла был выкрашен синей краской, на нем притулились
  чахлая герань и телефонный аппарат с трубкой, в двух местах перетянутой
  изолентой. Я покачала головой и огляделась, дверь слева вела к лифтам, а
  чуть дальше начинался длинный темный коридор. Я сделала шаг в том
  направлении, надеясь обнаружить хоть одну живую душу, и тут же была
  остановлена гневным окриком:
   - Вам кого?
   От неожиданности я вздрогнула и, обернувшись, увидела за своей спиной
  худенькую женщину лет сорока и попробовала определить, откуда она появилась.
  Не иначе как пряталась за дверью.
   - Здравствуйте, - сказала я, продемонстрировав счастливую улыбку,
  которая, кстати, не произвела на нее никакого впечатления. - Я ищу Устинову
  Зою Федоровну.
   - Зойку? - насторожилась тетка. - А зачем она вам?
   - Она моя родственница.
   - Нет у нее никаких родственников.
   "Вот чертова баба", - подумала я и сказала:
   - Значит, знакомая.
   - Знакомая... ходят тут