- Оглянуться не успеешь, как в
  каталажке окажешься.
   - Значит, так мне и надо, - отрезала я и разлила чай в чашки. Мишка
  настороженно наблюдал за мной.
   - Ты меня не любишь? - вдруг спросил он, от неожиданности рука у меня
  дернулась, и чай расплескался.
   - Мы не подходим друг другу, - уклончиво ответила я.
   - Почему это? - разозлился Шальнов.
   - Просто не подходим...
   - Ерунда. Вчера я был занят и не сказал, что люблю тебя, вот и вся
  причина. Ты обиделась и сбежала.
   - Ну и что? Сути это не меняет. Мы не подходим друг другу, и я не хочу
  продолжать расследование. Я просто боюсь, это тебе понятно?
   - Вот сейчас возьму и уеду, будешь знать, как валять дурака. - Я
  решительно поднялась и распахнула входную дверь. Мишка со своего места в
  кухне прекрасно ее видел. - Выгоняешь, значит? - спросил он с ехидством, я
  сочла ниже своего достоинства продолжать беседу и молча смотрела в пол. - Я
  уйду, а ты будешь сидеть на своей кухне и обливаться слезами. И ждать
  письма, потому что у тебя даже телефона здесь нет. Совершенная дикость. Мне
  ты из гордости не станешь звонить и начнешь страдать, ночами не спать,
  реветь и ждать неизвестно чего...
   - Ну и что? - усмехнулась я. - К этому можно привыкнуть.
   - Ты думаешь? - неожиданно серьезно спросил Мишка и нахмурился.
   - Конечно. Сначала привыкаешь, а потом все проходит. И ничего уже не
  чувствуешь. Больно только