нее угрозу?
   - Но ведь зачем-то она позвонила?
   - Может быть, просто нуждается в дружбском участии?,
   - Не помню, чтобы мы числились в ее друзьях.
   - Значит, так, идите в дом, если все в порядке, посигнальте светом. В
  случае, если сигнала не последует... в общем, там моя забота. Я буду в вашей
  машине. Поехали. - Виктор Иванович лег на заднем сиденье, и Мишка направился
  к дому Дружининой, остановился возле калитки, и мы с ним покинули салон
  машины.
   Калитка была не заперта, как и предупреждала Эмма, возле входной двери
  горел фонарь, мы шли по выложенной мрамором дорожке и тревожно поглядывали
  по сторонам. Не знаю, как Мишка, а я отчаянно трусила. Дверь тоже оказалась
  не заперта, мы переглянулись и Шальнов пожал плечами:
   - Она нас ждет.
   Помедлив мгновение, мы вошли в дом.
   - Эмма Станиславовна, - громко позвала я, потому что в таком доме, как
  этот, искать ее пришлось бы довольно долго. Ответить не пожелали, я схватила
  Мишку за руку, а потом пробормотала:
   - Идем отсюда.
   - Должны же мы... - начал он и замолчал на полуслове. Я проследила его
  взгляд и кое-что увидела: кое-что было женской ладонью с огромным перстнем
  на указательном пальце, ладонь покоилась рядом с ножкой кресла, мы торопливо
  сделали несколько шагов, обогнули диван и вот тогда увидели хозяйку дома.
  Она лежала на полу, левая рука ее была откинута в сторону, правая прижата к
  плечу, шея вывернута, глаза уставились