кокошила?
   - Я нечаянно, он драться полез, а я его лампой. А он взял и упал. И я
  тоже.
   - Ну что за день, - чуть не плача, сказал Мишка. - Только вышел - и нате
  вам. Ну на фига, скажи на милость, ты укокошила его в моей квартире? Тебе
  что, в городе места мало? Сколько угодно, вон хоть в сквере напротив...
  Господи, - воздев глаза к потолку, жалобно вопросил он. - Ну за что мне все
  это? Чем я хуже других?
   - Прекрати, - рявкнула я, поведение Мишки возымело на меня совершенно
  неожиданное действие, я вроде бы начала успокаиваться. - Надо вызвать
  "Скорую".
   - Труповозку, - поправил Мишка, оторвавшись от лицезрения потолка. - И
  милицию. Нет. Милицию, а труповозку они сами вызовут.
   - Какая труповозка? Я ударила его лампой. Вон она лежит, видишь?
   - Вижу, - кивнул Мишка. - Ударила и ударила. Мне-то какое дело, я тут ни
  при чем. И что он тебе такого сделал, что ты решила его укокошить? До чего
  же вы, бабы, кровожадные... А по виду ни в жизнь не скажешь.
   - Как укокошить? - Из всей Мишкиной тирады я услышала одно лишь слово.
   - Это тебе лучше знать. И не вздумай мне рассказывать. Я не прокурор. Вот
  он тебя выслушает... Угораздило меня притащиться не вовремя.
   Я подошла к Юрию Павловичу и опустилась рядом с ним на колени.
   - Так он правда мертвый? - пробормотала я испуганно.
   - Мертвее не бывает, - с каким-то подозрительным удовлетворением ответил
  Мишка. - Хоть сейчас хоронить.