шила, что делать дальше. Ворота и калитка закрыты, что
  неудивительно, жалюзи на окнах опущены. Вид какой-то нежилой. "Старик умер",
  - напомнила я себе и тут же начала злиться. Если он умер, то не далее как
  прошлой ночью. И сейчас родственники готовятся к похоронам, в такой ситуации
  народу здесь должно быть предостаточно, чего в действительности не
  наблюдается. Ну и что? Вдруг у него вовсе нет родственников, если не считать
  Алексея Петровича и Полины, а Алексей Петрович вполне мог довольствоваться
  кремацией дорогого дядюшки, причем без ненужной торжественности и прочего.
   Дом остался позади, тихий и вроде бы необитаемый, а я так ничего и не
  решила, только разозлилась вконец. Какого черта я сюда пришла? Чтобы
  прогуляться мимо дома? Допустим, я уже прогулялась, и что дальше? Кто-нибудь
  из соседей должен знать старика, по крайней мере его фамилию, а это уже
  кое-что.
   Но ведь просто так не пойдешь по домам с расспросами, в конце концов, это
  опасно... "Ну, давай, придумай что-нибудь!"
   Тут взгляд мой упал на новостройку. Кто-то затеял строить коттедж аж в
  четыре этажа, коробку сложили, подвели под крышу, и на этом, судя по всему,
  дело встало: то ли энтузиазм закончился, то ли деньги. Оконные и дверные
  проемы заколотили досками, забор, опоясывающий стройку, в нескольких местах
  завалился, а подступы к дому заросли крапивой и бурьяном. Прикинув
  расстояние до восьмого дома, я рассудила, что это идеальный