дники с кустами акации, коты
  на лавочках да звонкий лай собак.
   - Отлично, - поздравила я себя и зашагала веселее. Дом номер двадцать
  семь был последним, точнее, он как бы замыкал на себе две стороны улицы.
  Деревянный забор с широкими воротами, доски пригнаны так, что не разглядишь,
  что там за ними, резная калитка. Я потянула калитку на себя и убедилась, что
  она не заперта. Дом был огромным - по крайней мере, производил такое
  впечатление.
   Построен, судя по всему, в начале века, когда ценились большие подвалы
  для хозяйственных нужд. Именно такой подвал и был здесь. Беленая кирпичная
  кладка заканчивалась метрах в двух от земли. Справа массивная металлическая
  дверь с огромным запором и навесным замком. Возможно, здесь жил купчина,
  держал лавку... Над кирпичной кладкой - толстенные бревна, небольшие оконца
  с резными ставнями, сейчас плотно закрытыми. Слева широкое застекленное
  крыльцо. Я поднялась на три ступени и позвонила на всякий случай, хотя и так
  было ясно: дом необитаем. Тропинка от калитки едва проглядывала в траве,
  заросли мальвы под окнами явно никто не беспокоил. Немного послушав тишину,
  я достала ключи и приготовилась к разочарованию. Но ключ легко открыл
  английский замок, я толкнула дверь и оказалась в темном коридоре.
   Дом действительно был очень большим. Светлая кухня, четыре комнаты,
  множество коридорчиков, комнатушек, кладовок и темных переходов. Ребенок
  вполне мог бы здесь