бы на недавнюю трагедию. На поиски
  я потратила не меньше сорока минут, в изнеможении привалилась к шероховатому
  стволу сосны и с тоской посмотрела в небо. Звезды взирали равнодушно, а мне
  захотелось плакать. Я различила тусклый свет единственной фары, а вскоре
  услышала шум мотора: Светлана все-таки решила вернуться.
   - Ну что? - бросила она хмуро, затормозив рядом со мной.
   - Никого нет.
   - Слава богу... Значит, он очухался и смылся. Говорю, это какой-то
  бродяга, они живучие... Садись в машину.
   Я покорно села, продолжая вглядываться в темноту, а Светлана стала
  разворачивать "Опель". На узкой дороге это было нелегким делом, на мгновение
  свет единственной фары выхватил из темноты силуэт... машина, кажется... Я
  так и не успела разглядеть, а потом усомнилась: какая, к черту, машина, что
  ей делать в стороне от дороги в такое время?
   Благополучно развернувшись, Светлана направилась в сторону города. Теперь
  она ехала очень осторожно, стрелка спидометра застыла на отметке семьдесят.
   - Господи, ну надо же... - пробормотала она, когда мы выехали на шоссе,
  посмотрела на меня и виновато добавила:
   - Извини, я кажется, себя вела не лучшим образом... я здорово
  испугалась...
   - Я тоже, - вздохнула я. - Не могу понять, куда он делся?
   - Значит, задело его несильно, иначе он не смог бы так быстро очухаться и
  сбежать.
   - Куда он сбежал, по-твоему?
   - Откуда мне знать? Наверное, в эту деревушку на холме.