два его
  компаньона...
   Серафима поморщилась:
   - Тогда уж лучше Вовке покаяться.
   - Ничего не лучше. В милицию нам не с руки: сейф свистнули, листок
  порвали...
   - Про него говорить не обязательно.
   - Опять завретесь, - влезла я.
   - Хватит базара. Все расскажем шефу. Вы и вправду дуры, и я дурак, что
  вас слушал.
   - Кто ж спорит, - пожала плечами Серафима. - Звони Илье, пусть приедет.
   Однако отыскать Тарханова не удалось, на звонки он упорно не отвечал. От
  безделья Серафима пересчитала деньги, взятые в доме Скобелева.
   - Отдай Катку, - кивнула я. - Хоть у одна головная боль пройдет.
   - Повременить придется, - туманно ответила тетушка.
   - Почему? - настороженно спросила я.
   - Потому что прав мент. Петюня погиб, мы в доме крутились и вдруг
  деньгами разжились...
   - Серафима, мне дурно, - честно призналась я.
   - Нашатыря нюхни, полегчает. Ладно, Юрик подождет, а там увидим.
  Куда-нибудь кривая вывезет...
   В первом часу ночи вернулся Владимир Петрович. К счастью, смертельно
  усталый. Махнул на нас рукой и завалился спать. Саша уехал, мы тоже легли.
  Однако уснуть не получалось. Серафима поначалу на меня брюзжала, что это я
  ей спать не даю, потом начала вздыхать и смотреть в потолок.
   - Ох, горе-горькое, все ведь нам по грехам нашим...
   - По грехам, по грехам, - с готовностью согласилась я.
   В семь утра нас поднял телефонный звонок. Звонили из