ворились. Сережа видел меня в спектакле, два
  года назад...
   Юрик опять презрительно фыркнул:
   - Ну, Циркач... В спектакле, значит? Ты в самом деле актриса?
   - В самом деле.
   - Похоже. Красивая... Как у тетки с деньгами?
   - Собираем.
   - Не имей сто рублей, а имей сто друзей. Квартиру уже не продает?
   - Надеемся так выкрутиться.
   - Ну-ну... могу скинуть половину. Идет?
   - Что? - подумав, что ослышалась, спросила я.
   - Помогу тетке, половину долга, так и быть, спишу.
   - Это за мои прекрасные глаза, что ли?
   - Глаза у бабы не самое главное.
   - Вроде бы я уже намекала на твою недалекость?
   - В другом месте больше дают?
   - Да что за напасть такая? - возмутилась я. - Серафиме клялась быть с
  тобой вежливой, а ты так и лезешь под горячую руку.
   Юрик засмеялся, потом пристально на меня посмотрел, вроде прицениваясь, и
  подозрительно ласково предложил:
   - Поужинаем вдвоем. Сегодня.
   - Ужин на двоих в загородной резиденции? Ты, Юра, меня, как видно, дурой
  считаешь? Может, кое в чем я смыслю мало, но голова у меня все-таки есть.
  Соглашусь, а ты назавтра скажешь, что шутки любишь, и долг сполна
  потребуешь. Обойдемся без ужина.
   - Значит, на слово не веришь? Зря. Мое слово - закон.
   - Возможно, - уклончиво ответила я, поднялась, сделала бутерброды, салат
  на стол выставила. - Ешь. Хлещешь коньяк с утра и не закусываешь.
   Он хохотнул, но вилку взял.
   - Значит,