ресчур эмоциональное и малоконкретное.
   - Он посягал на твою честь? - участливо спросила тетушка.
   - Дура ты беспросветная, - рявкнула я. - Он знать хотел, что мы нашли у
  твоего Петюни.
   Серафима слабо охнула, а я почувствовала некоторое удовлетворение: не
  одной мне страдать. Саша, закусив губу, с томлением смотрел в угол, а
  Тарханов хмурился.
   - Найди Володю, - сурово заявила я Серафиме. - Видишь, как все
  оборачивается.
   - Торопиться не стоит, - вдруг сказал Тарханов, чем, признаться, очень
  удивил: я считала его разумным человеком. - По крайней мере пока.
   - Да, - влезла Серафима. - Мы посоветовались и так решили.
   - Илье Сергеевичу что не решать, - съязвила я. - Его в лифте бритвой не
  пугали.
   - Лика, - терпеливо начал он, точно я была слабоумной, а он пытался
  объяснить, что дважды два будет четыре. - Никто точно не знает, нашли вы в
  доме что-то важное или нет. Если не предпринимать никаких действий, вас
  оставят в покое. Если же обратиться в милицию, рано или поздно об этом
  узнают, и тогда опасность станет по-настоящему серьезной...
   - А лифт, конечно, не в счет? - обрадовалась я, а потом нахмурилась. -
  Может, вы забыли, но меня не так давно хотели убить. Возможно, для вас это
  несерьезная опасность, вы в кабинете сидели...
   - Не драматизируй, - отмахнулась тетушка. - В лифте тебя пугали. Кто-то
  хочет вынудить нас действовать. Неужели не