раза получилась весьма
  двусмысленной, и добавила, пытаясь исправить впечатление:
   - Я способна понять, кто передо мной. Не стоит считать меня совершенной
  дурой.
   - Я так не считаю. Я просто хочу, чтобы ты знала: есть человек, который
  сделает для тебя все что угодно.
   Серафима права: Серега Правдин был большим романтиком. Нищее грязное
  детство соседствовало с мечтами о прекрасных героинях и благородных героях.
  Он смотрел на меня спокойно и уверенно и, по-моему, говорил, что думал.
  Вместе с легким стыдом я испытывала беспокойство и совершенно не знала, что
  делать. Молчать было нельзя, Циркач ждал.
   - Ты говоришь о себе? - пролепетала я.
   - Конечно.
   - Спасибо, только... что ты можешь сделать? Дать денег взаймы? Я не смогу
  их вернуть. Зарплата у меня почти смешная, я никогда...
   - Забудь об этом, - сказал Сережа, взяв меня за руку. - Просто забудь и
  ни о чем не беспокойся.
   Я тихо спросила:
   - Циркач - это ты, да? Он нахмурился.
   - Возможно, и что?
   - Ничего. Просто начинаю многое понимать.
   - Где ты эту кличку слышала?
   - Катков сказал: "Тебя видели с Циркачом". Я не поняла, а он не объяснил.
  Я и подумать не могла, что ты... - В этом месте я заплакала, тихо и очень
  горько.
   - Наверное, ты должна была узнать как-то по-другому, - начал он. Но я
  перебила:
   - Отвези меня домой.
   - Хорошо. - Он торопливо поднялся, чем очень меня порадовал.
   Возвращались