за локоть и,
  натолкнувшись на мои взгляд, спросил несколько растерянно:
   - В чем дело, a?
   - Ты еще спрашиваешь? - гневно начала я. - Как ты мог так поступить со
  мной? А я была такой идиоткой, что почти поверила в твою искренность.
  Конечно, мама была права... - Я стала выдергивать реплики из трех разных
  пьес.
   Текст, конечно, перевирала, но в целом вышло неплохо. Каток с минуту
  стоял, открыв рот, потом рявкнул:
   - В чем дело, черт тебя дери?
   - Не смей так со мной разговаривать, - выпалила я, освобождая свой
  локоть. - Как ты мог со мной так поступить? - повторила, вынимая платок с
  намерением всплакнуть.
   - Да ты мне скажешь, что за деда? - рассвирепел Юрик.
   - Как будто ты не знаешь...
   - Что я могу знать, если ты объяснить не хочешь?
   - Ты прислал этого человека, - пожаловалась я. - Он меня перепугал до
  смерти. Хорошо еще Владимир Петрович ночевал у тетушки.
   - И что я, по-твоему, понять должен?
   - Как я могу тебе верить после этого? - всхлипнула я.
   - Ты случаем не падала? Головой не ударялась?
   - Я не падала, - с достоинством сказала я. - А вот ты вчера вел себя
  очень мило, и я почти поверила, хотя моя мама всегда говорит, что мужчинам
  верить нельзя. А сегодня утром пришел этот тип и угрожал Серафиме. И что я
  должна думать о тебе после этого?
   - Какой еще тип?
   - По-твоему, я с ним знакомилась?
   - Но ты ведь его видела или нет?