к дачному поселку,
  тому самому, где вчера я была с Циркачом. Мысли метнулись в другую сторону:
  а что, если это он сильно разозлился на мою неласковость? Пока я гадала, мы
  въехали во двор новенького особнячка. Правда, выглядел он не только
  новеньким, но и необитаемым. Шуршали листьями три большие липы, Бог знает
  как уцелевшие во время строительства, гора песка, щебня и битый кирпич
  указывали на то, что работа на участке еще не закончена.
   Мы вышли из машины и направились к дому. Я покрутила головой, но, в какой
  стороне правдинская дача, понять не смогла. Вовка открыл дубовую дверь и с
  усмешкой сказал:
   - Заходи...
   Однако в дом вошли не все. Водитель и тот что сидел слева от меня,
  потоптавшись, простились кивком и отбыли. А мы оказались в просторной
  комнате, почти лишенной мебели.
   - Придется тебе здесь посидеть, - сказал Вовка.
   - А вы уедете? - То, что их осталось только двое, немного воодушевляло.
   - Как же мы такую-то красоту да без присмотра оставим? Сядь на
  раскладушку и сделай вид, что глухонемая.
   Я пристроилась в уголке и томилась ожиданием. Парни, оставив дверь
  открытой, прошли в кухню. Хлопнула дверца холодильника, и Вовка сказал
  приятелю:
   - Жара, сдохнуть можно... Махнем пивка?
   - Это у тебя с перепоя башка крен дает.
   - Да ладно... вчера и выпили почти ничего. Деточка, пивка хочешь? -
  крикнул он.
   Я осторожно