лизилась и ответила:
   - Мне лучше воды, если можно.
   - Женька, дай ей воды. Здоровяк открыл холодильник и извлек бутылку
  минеральной.
   - "Боржоми". Устраивает?
   - Да. Спасибо.
   - Вежливая, - хмыкнул Женька.
   - Ага, актриса...
   - Вы не рассердитесь, если я спрошу? - очень робко начала я.
   - Рассердимся. Водички попила, вот и топай.
   Я села на раскладушку и задумалась. Зачем они меня сюда привезли? Если
  это шутка одного из двух бандитов, выцарапаю глаза. Но как-то уже не
  верилось, что кто-то шутит.
   Я привалилась к стене и стала смотреть в окно. Солнечные блики играли на
  полу, было душно, парни на кухне негромко переговаривались, а я, кажется,
  задремала.
   Не знаю, сколько это продолжалось, очнулась я словно от толчка. Открыла
  глаза, взглянула за окно и едва не упала в обморок: с улицы на меня с
  любопытством смотрел тип из лифта.
   Я уже открыла рот с намерением заорать во все горло, но он вдруг
  подмигнул и приложил палец к губам. Рот я закрыла скорее машинально, чем
  осознанно, хотя жест его был вполне понятен и истолковать его иначе было
  трудно. Тип за окном исчез, а я с отчаянием стала ждать, что будет дальше.
   Сердце билось так сильно, что успокоиться без валерьянки не было никакой
  возможности. Я потянулась за сумкой, но услышала шаги и торопливо закрыла
  глаза, делая вид, что все еще сплю.
   - Как она? - спросил Женька. Я чувствовала