ли будешь на диване лежать, то с предками встретишься
  раньше времени.
   - Я не лежу на диване, - обиделась Серафима. - Я думаю.
   - О чем, интересно?
   - О спасении живота своего. И тут ты по справедливости мне помочь должен,
  - повернулась она к Владимиру Петровичу. - Скажи-ка, есть в городе человек,
  способный посадить братанов Катковых на задницу?
   - В данном конкретном случае? Наверное, есть.
   - То, что мне надо!
   - Серафима, - нахмурился он. - Я тебе уже говорил и опять скажу: женщина,
  если она не совсем дура, должна Держаться от бандитов подальше, лучше всего
  и вовсе не знать об их существовании. Я ясно выразился? Кстати, пословицу
  вспомнил: из огня да в полымя. Знаешь такую?
   - Ты мне друг? - спросила Серафима, опустив глаза долу. - Должен ты мне
  помочь? Сыщи человека, а там я уж как-нибудь сама...
   - Представляю...
   - Есть такой человек?
   - Ну, есть... и что? Вместо одного бандюги будешь должна двум.
   - Я все по-умному оформлю, на свой женский манер. Да мужику за счастье
  услужить женщине. Давай колись: кто, где найти?
   - Циркач. Из молодых. Злой, голодный. Каток ему как кость в горле.
   - Молодой? Годков ему сколько?
   - Лет двадцать пять.
   - Черт, - выругалась Серафима. - Я для него несколько старовата. В том
  смысле, чтобы являться венцом творения Божьего... - Тут взгляд ее наткнулся
  на меня. Серафима задумалась, а Владимир Петрович насторожился.
   - Ты что