ь ее
  должен по меньшей мере начальник спецподразделения.
   - Головастый ты мужик, Вова, - сказала Серафима уважительно. - Давай
  решай вопрос с машиной.
   - Илья сейчас скорее всего в офисе, позвоню...
   Илья точно оказался в офисе, хотя для меня никаким Ильей он не был, да и
  Владимир Петрович, общаясь с ним по телефону, обращался уважительно: Илья
  Сергеевич.
   - Кулагин беспокоит, - сообщил он. - Как здоровье?
   Видно, Илья Сергеевич стал о здоровье рассказывать, а Володя кивать и
  улыбаться, когда ему это надоело, он сказал:
   - А у меня просьба личного характера. Если не возражаешь, я сейчас к тебе
  подъеду... да... и не один... две красивые женщины... просто жаждут
  познакомиться... - В этом месте Владимир Петрович хохотнул и повесил трубку,
  и мы стали собираться в гости, хотя, с моей точки зрения, идти в гости в
  чей-то офис довольно странно.
   Серафима готовилась к встрече с неведомым мне Тархановым с большим
  усердием, чем вызвала смутные подозрения. В конце концов мы покинули
  квартиру и вышли во двор, где под раскидистой липой укрывалась от зноя
  машина Серафимы - "Жигули" шестой модели. Владимир Петрович был
  "безлошаден". Как сообщила Серафима, в его задрипанной "трешке" стуканул
  мотор, теперь она спокойно сгниет в гараже: новый мотор он не купит, а
  починить старый руки не дойдут. Позлорадствовав вволю, она сказала верному
  другу: