шего сценария,
  он выслушал их очень внимательно и кивнул. Стало ясно, что он проникся и
  сделает все возможное. А я начала нервничать, как перед выходом на сцену.
  Свернули к церкви.
   - Он здесь, - неожиданно серьезно сказал Владимир Петрович, как видно, и
  его зацепило.
   Я увидела вишневую "восьмерку" возле ограды и силуэт мужчины на переднем
  сиденье.
   - Надеюсь, он не спит, - сказала я сердито и торопливо перекрестилась.
   Дальше было вот что: "мечта бандита", громко заскрипев тормозами, встала
  метрах в десяти от "восьмерки", Саша выскочил из машины и распахнул мою
  дверь, при этом поклонился и вроде бы даже каблуками щелкнул. Я, как было
  задумано, возникла и направилась к церкви, не обращая внимания на остальных.
  Остальные, то есть тетка Серафима и Владимир Петрович, малость замешкались,
  потому что перед ними дверь никто не распахивал и каблуками не щелкал, и
  теперь меня догоняли. Несколько суетливо. Я сосредоточилась на лестнице:
  подъем должен выглядеть величественно, второго дубля не будет. Тут я
  вспомнила парня в приемной Ильи Сергеевича и поправила шарф. Носовой платок,
  зажатый в руке, упал на ступеньки. Остановиться - значит сбиться с ритма, я
  пошла дальше, боковым зрением усмотрев, как Владимир Петрович торопливо
  нагнулся. Обогнав меня на последней ступени, он распахнул дверь, и мы вошли
  в церковь. Народу для воскресной службы было немного. Мы встали в сторонке