ка. Так что Циркача подкарауливать я никак не
  могу.
   - Обойдемся, - махнула рукой Серафима. - Много от тебя толку.
   Утром мы заняли позицию на улице Подбельского слева от сквера. Машина
  здесь в глаза не бросалась и стояла в тени, так что был шанс не свариться
  заживо до того момента, когда появится Циркач. Накануне мы здесь все
  облазили и составили план. Впрочем, никакого особого плана и не требовалось.
   Пять минут десятого дверь подъезда в котором жил Циркач, открылась и
  показался он сам. Зеленые слаксы, пестрая рубашка, кроссовки и темные очки.
  На деюсь, у него хорошее зрение. Я подхватила сумку и пошла навстречу.
  Сегодня я точно была Джульеттой. Солнечное утро, легкий ветерок,
  безмятежность... Я смотрела прямо перед собой и слегка улыбалась. Он как раз
  отпирал машину, увидел меня, замер, проводил долгим взглядом. Я чувствовала
  его спиной. Толкнула стеклянную дверь бассейна и с облегчением вздохнула.
  Все-таки странно, что я так нервничала.
   - Ну, теперь только ждать, - сказала Серафима, когда я вернулась в
  машину. - Не можем мы ему больше глаза мозолить. Как думаешь, клюнул?
   Я только пожала плечами.
   К вечеру мы заскучали. Энтузиазм испарился, осталось осознание того, что
  мы уже сделали все, что могли, а будет ли от этого толк, неизвестно. Тетушка
  с заметной тоской поглядывала на мебель, точно прощалась с ней навеки. А я
  опять подумала об Италии,