ыдался скверный. Я давала показания, стыдясь
  и мучаясь сомнениями. Молоденький милиционер отнесся ко мне с пониманием и
  отеческой заботой, от этого становилось только хуже - хороших людей тяжело
  обманывать. История выглядела так: Петр позвонил с утра, изъяснялся туманно,
  тетушка забеспокоилась, и мы к нему поехали. Телефон отвечал короткими
  гудками, а на наш звонок по домофону никто не откликнулся. Мы решили узнать,
  в чем дело, и вошли в дом. Обнаружили труп хозяина и поняли, что в доме
  пожар. До этого места рассказывать было легко, потому что именно так все и
  было. Дальше - хуже. Мы попытались покинуть дом и заплутались в
  хитросплетении коридоров, потому потратили много времени, чтобы выбраться.
  Сразу же позвонили. Саша отогнал машину, чтобы она не пострадала от пожара.
  Милиционер как будто остался доволен. Само собой, и Саша, и Серафима
  повторили а рассказ слово в слово. После чего пожарные уехали, труп увезли,
  а нас отпустили.
   - Давай в гараж, - сказала Серафима крайне нетерпеливо.
   Через пятнадцать минут мы въехали в кооператив "Машиностроитель". Саша
  затормозил возле давно не крашенного металлического гаража, вышел, открыл
  дверь и позвал нас. Гараж был большим, в нем хранился древний "Запорожец",
  места оставалось много, хоть танцуй.
   - Чья техника? - кивнула Серафима.
   - Деда. Болеет дед, не до машины ему. Ящик стоял в углу под верстаком.
  Серафима