груда обугленных кирпичей.
   - По мнению большинства граждан, от тебя тоже остались одни головешки,
  однако ты сидишь передо мной и выглядишь просто восхитительно, несмотря на
  паршивые тряпки и надпись на могильном камне. Ты в курсе? На кладбище в
  родном городе есть твоя могила. Если быть точным, могила у вас одна на
  троих: ты, твой муж и твой сын. Забавно, да? Если там нет тебя, почему там
  должен быть мальчишка? Можешь поверить, он жив, здоров, хорошо развивается и
  осенью собирается идти в школу. А главное: ждет не дождется свою мамочку.
  Оно и понятно: в чужих людях несладко.
   - Я не верю, что он жив, - сказала я.
   - Честное слово, - усмехнулся Толстяк. - Я видел его неделю назад и сам
  сделал эту фотографию. Кстати, я обещал мальчику, что через три недели он
  встретится с мамочкой. Три недели - это крайний срок, который я могу себе
  позволить: значит, у тебя есть три недели, чтобы найти деньги и доставить их
  мне. На твоем месте я бы перестал трепать языком, а немножко подумал. И
  поторопился. Ты ведь понимаешь?
   - Допустим, я понимаю, - усмехнулась я. - Для того, чтобы попробовать
  найти эти деньги, мне по меньшей мере надо оказаться в родном городе. Это
  непросто: автостопом я буду добираться неделю, а денег на билет у меня нет.
   Я извлекла кошелек и вытряхнула на стол его содержимое. Желающие могли
  полюбоваться монетами разных достоинств на общую сумму один рубль двадцать
  копеек. Толстяк хмыкнул