ила на своей кровати
  Здоровячка, который сопровождал Толстяка в первую нашу встречу.
   - Ты один? - спросила я, пнув дверь ногой. Он приподнялся, смерил меня
  взглядом, как видно, планируя, что душа моя незамедлительно уйдет в пятки,
  но душа даже не шелохнулась, а вот настроения его визит мне прибавил:
  выходит, мальчики всполошились - очень хорошо. - А где же Толстяк и тот
  симпатяга с веселыми глазами?
   - Как ты попала в город? - спросил он сурово, с подозрением глядя на
  свертки, которые я бросила на кровать. Здоровячку пришлось сесть и
  потесниться.
   - Автостопом, - охотно поддержала я разговор.
   - Тебе дали билет на самолет.
   - Да, я помню. Меня тошнит в самолетах. Разве я не рассказывала вам?
   - Почему ты остановилась в этой гостинице?
   - А что? Она ничем не хуже других. Не было указаний, где мне
  останавливаться, а с этой гостиницей у меня связаны приятные воспоминания.
  То есть не с гостиницей связаны, а с рестораном. Я здесь отмечала свое
  восемнадцатилетие.
   - Тебя зачем послали? - проворчал паренек.
   - За деньгами, - пожала я плечами. - Но деньги не помеха воспоминаниям.
  Как себя чувствует Толстяк? Как прошел перелет?
   - Заткнись... Что-то ты больно веселая. А это что за дерьмо? - ткнул он
  пальцем в сторону коробок и свертков.
   - Купила кое-что. - Я принялась хвастаться, развернула платье, приложила
  его к груди и поинтересовалась:
   - Ну, как тебе? По-моему,