у.
   Поблагодарив Екатерину Петровну, я юркнула в подъезд, радуясь тому, что
  хоть в одном мне повезло: не надо самой ехать на дачу.
   В кухне, вымыв руки, я извлекла буханку хлеба, сделала глубокий надрез
  внизу, расширила его руками и вставила в щель найденный мною пакет, после
  чего постаралась замаскировать дело рук своих и вновь запечатала хлеб в
  целлофан. Закончив с этим, позвонила сестре. Мама от соседки еще не
  вернулась, и говорить мы могли совершенно свободно.
   Приготовив сумку к отправке, я еще раз попыталась обнаружить Альку.
  Телефон на ее даче молчал, как рыба, а домашний наконец ответил. Трубку снял
  Витенька.
   - Добрый вечер, - сказала я.
   - Татьяна, ты? - Голос его звучал как-то странно.
   - Я.
   - Не знаешь, где может быть Альбина? Я сегодня весь день нигде не могу ее
  застать.
   - Не знаю, - честно ответила я, потому что и вправду не знала. Вопросы
  задавать поостереглась, Бог знает, что Алька ему наболтала. Как бы не выдать
  ее ненароком.
   - Витя, Алька появится, пусть мне позвонит, хорошо?
   - Хорошо. Что у тебя там за неприятности?
   - Так... ерунда. Привет Альке.
   Я повесила трубку и призадумалась. Витька кинулся на розыски, пока он по
  Алькиному сотовому не звонил по неведомой мне причине, но в конце концов,
  конечно, позвонит. А Алькин сотовый в моей сумке, и что-то по этому поводу я
  наплести должна. Конечно, можно не отзываться, только вдруг позвонит она
  сама? Надеюсь, у