Я махнула рукой и отправилась к себе. Заперлась, прошлась по квартире,
  заглянув во все щели, потом рухнула на диван и пожаловалась:
   - Просто ужас, как все перепуталось!
   Минут через пять я выключила в комнате свет и осторожно подошла к окну.
  Джип стоял на месте. Разглядеть, кто там внутри, возможным не
  представлялось, а просто так пялить глаза быстро надоело, и я пошла спать.
   Снились мне грязные простыни, я их зачем-то развешивала в палисаднике на
  нашей даче, а мама, стоя на крыльце, укоризненно качала головой.
   Я открыла глаза и тревожно посмотрела на часы: 5.45. Вскочила и кинулась
  к окну. Джип все еще торчал под окнами, я нахмурилась. Что-то в нем было
  странное. Я прошла в кухню, заварила кофе и стала наблюдать за тем, как
  трудится наш дворник, дядя Вася из тринадцатой квартиры. Он мел дорожку
  перед подъездом, неумолимо приближаясь к джипу, а я вышла на балкон и хмуро
  уставилась на дверь со стороны водителя. Она была открыта. Не распахнута,
  нет, а чуть-чуть приоткрыта, точно что-то ей мешало. Я присмотрелась и
  поняла что: мужской ботинок. "Это как же он сидит?" - изумилась я, потом,
  швырнув чашку в мойку, бросилась к двери и, забыв одеться, в футболке, в
  которой спала, и босиком выскочила на улицу.
   Дядя Вася как раз поравнялся с джипом, я подбежала и дернула на себя
  дверь машины. После чего мы с дворником переглянулись, он сказал: "Мать
  честна...", а я: "Мамочка..."