рым хлеб и то проблема нарезать, как
  орудие убийства он не годится. Что же, жена заранее запаслась ножом?.. В эту
  минуту я сообразила, что въезжаю во двор своего дома. Вышла из машины и
  замерла, привалившись к капоту. Весело виляя обрубком хвоста, ко мне
  подскочил фокстерьер.
   - Привет, - сказала я и попыталась его погладить, не тут-то было, он
  отскочил в сторону, тявкнул и устремился к детской площадке.
   - Макс, - послышался грозный окрик. Я оглянулась и увидела хозяйку
  собаки, маленькую хрупкую женщину с остроносым лицом. Грозный голос в
  сочетании с ее внешностью создавал комический эффект, и я улыбнулась.
   Макс, сделав круг по двору, подбежал к хозяйке, а я вдруг подумала, что
  они чем-то неуловимо похожи: оба маленькие, шустрые. Мелкие седые кудряшки
  падали на лоб женщины, глаза-бусины весело блестели.
   - Вот негодник, - сказала она.
   - Он у вас симпатичный, - заметила я, решив поддержать разговор.
   - Безобразник он, замучил совсем. Носится как оглашенный, на днях лапу
  занозил, пришлось к ветеринару везти. Двадцать рублей взял, а за что? Беда с
  этими собаками... - Она подошла ближе и, кивнув головой в направлении моих
  окон, спросила:
   - Это в вашей квартире мужчину убили?
   - В моей, - насторожилась я, но уходить не спешила. Что-то в голосе
  женщины навело меня на мысль, что разговор стоит продолжить.
   - Ужас что делается. Бойтесь в квартиру заходить?
   - Не то чтобы