на дядю. У проституток свои сутенеры, у
  этих - свои. Такие же запредельные суки, которых надо выжигать напалмом.
   Карташов, стиснув в зубах сигарету, молчал. Он давил на газ и это
  Одинцу не понравилось.
   - Не психуй, Мцыри, разберемся. Кореш есть кореш, тем более, братан, но
  дурью не поможешь...
   - Эх, Саня, он мне не просто кореш - часть жизни и какой жизни! -
  Карташов сглотнул подступивший к горлу спазм. Хмель воспоминаний о прошлом
  побежал по жилам. - У тебя, случайно, ничего не осталось в "бардачке"
  выпить? - спросил он Одинца.
   Однако Саня ушлый и ему ничего два раза повторять не надо.
   - Потерпи, в холодильнике нас ждет бутылочка "Столичной" и рижское
  пиво.
   - Тогда дай сигарету, мои кончились...
  
  
  
   Утраченные иллюзии
  
  
  
   Таллер готов был наложить на себя руки, когда узнал, что его любовница
  Элеонора ставит ему рога. Пять лет коту под хвост. Шубки, Канары,
  перламутровый "опель" - все насмарку.
   Он сидел за рабочим столом, курил одну сигарету за другой и, глядя на
  осенний за окном пейзаж, думал - как восстановить статус-кво. Но чем больше
  он вникал в проблему, тем менее четкими казались ее контуры. А главное - что
  может противопоставить пятидесятилетний мужчина амбициям двадцатитрехлетней
  красивой женщине? Разве что повесить в гардероб еще одну модную вещь или
  подарить какой-нибудь экзотический тур за рубеж? Ерунда! А кто ее
  соблазнитель? Может, принц с золотым сердцем и