о одно не так, то другое...Разве я виноват, что все урки
  или СПИДом больны, или сифон на третьей стадии...
   - А это, извини, твои проблемы. Ты ведь за это получаешь гигантский
  гонорар. У тебя карт-бланш - действуй, но делай это решительнее. Мы много
  миндальничаем, словно девственницы - и хочется и колется и мама не велит...
   Броду такие разговоры поперек горла.
   - Послушай, Феликс, мы по-моему, с самого начала сошлись на том, что
  протезы будем брать исключительно у тех людей, которые попали в аварию или
  стали жертвами криминальных разборок. Никакой другой вид добычи нам не
  подходит, верно?
   Таллер нервничал, его что-то подгоняло, а куда, он и сам, очевидно, не
  знал.
   - Сегодня по НТВ передавали, как шестнадцатилетние подонки отрезали
  груди и перерезали горло пожилой продавщице сигарет.
   - Я это тоже слушал, - сказал Брод, - но что это меняет?
   - Я говорю о морали в нашем обществе. Скажи, кого вы жалеете -
  какого-нибудь отморозка, который за десять долларов на куски располосует
  родную мать?
   - Я согласен, мы действительно живем в страшном мире и я сам отнюдь не
  ангел, но есть всему предел...
   - Там, где есть предел, там нет свободы, - начал философствовать
  Таллер. - Деньги - это свобода. Ты согласен со мной? - Таллер натянуто
  улыбнулся. Когда он это делает, его уши как бы отходят назад, отчего кожа на
  висках натягивается до белизны.
   - Но у Блузмана проблема с морозильной камерой, сепаратором