ывай, живем в
  электронный век, сейчас любой бомж может подключить к сети распознаватель
  голоса...
   Карташов пожал плечами.
   - Ерунда это. Какой, к бесу, распознаватель среди десяти миллионов,
  проживающих в Москве, может хоть что-то определить? Например, мой голос...
   - Хорошо, не будем об этом...Выпей сока и, если хочешь, сейчас закажу
  Николаю яичницу, с лучком и с водочкой.
   - Да меня воротит от всего. Вся жизнь на дыбки встала, - Карташов снова
  закурил.
   - Ну не сегодня же, черт возьми, все это произошло! Давай не будем
  ныть, а я постараюсь сделать все, чтобы тебе встать на ноги. Завтра мы тебя
  сфотографируем и сварганим документы. Сделаете с Николаем кое-какую работу и
  все - гуляй, казак!
   - Да не в этом дело! Мне надо позарез повидаться со Светкой. Она
  тратила последние деньжата на дорогу, нервничала с визой, а тут такой
  облом...
   Брод слушал и кивал лобастой головой. Редкие волосы от этих движений
  сбивались на загоревшие залысины.
   - Ну, это не проблема. Расходы постараемся компенсировать и
  организовать с ней встречу...Но в крайнем случае можешь позвонить сестре,
  только не отсюда. Будете с Николой в городе - звони, сколько душе угодно. Но
  только не из одного места. Быстренькое засекут и вот тогда опять сядешь...
   Брод широко, неприкрыто зевнул. За день умаялся. Отпив из хрустального
  фужера апельсинового сока, он поднялся с кресла.
   - Уже половина четвертого, а в шесть вставать, - он обнял