рташов уже лежал в кровати, вернее, поверх атласного одеяла, в
  брюках и носках, в комнату вошел Брод. В одной рук - большой фужер с
  коньяком, в другой мобильный телефон.
   - Когда будешь в городе, можешь позвонить своей женщине, - он сел на
  край кровати, трубку положил рядом с Карташовым.
   - Почему ты меня не драконишь за то что я уехал без спроса?
   - Я думаю, что ты и сам понимаешь, в какую помойку мы могли все
  окунуться. Ведь то, что мы тебя отбили, чистая случайность. Менты дали маху
  - водитель "рафика", в котором тебя везли, замешкался и отстал от основной
  группы оперативников. А те тоже, вместо того, чтобы пристроиться сзади
  "рафика", ушли вперед... - И без перехода: - Тебе завтра принесут бодяги,
  ставь примочки, чтобы к пятнице ни одного синяка...Ты мне нужен свеженький,
  как огурчик...
   - Опять - в крематорий?
   - Будешь за рулем, - Брод из нагрудного кармана футболки достал
  сложенный надвое конверт.
   - Здесь тысяча, - сказал он. - Было бы больше, но я тебя оштрафовал за
  самоволку. Можешь считать, что легко отделался.
   - Мне этого не надо, - Карташов демонстративно отвел взгляд.
   - А на какие шиши ты собираешься жить?
   Пожал плечами.
   - Как жил полгода, так и буду жить.
   Залысины у Брода покрылись матовой бледностью.
   - Деньги твои и что хочешь, то с ними и делай, - Брод положил конверт
  на тумбочку. - Но мой тебе совет - играй по каким-то одним правилам.
  Понимаешь, о чем я?
   - Предельно!