дстоит одна работенка, - без вступления заявил Брод. -
  Кое-что надо отвезти в одно место, и там припрятать.
   - Труп?
   - В нашей работе такой вариант не исключается, но ни я, ни Николай, ни
  ты к этому делу ничего иметь не будем.
   - Я поеду один?
   - Поедите с Саней Одинцом. И в этой связи у меня к тебе, Мцыри, есть
  персональная просьба... Пригляди за Саней...Я, разумеется, ничего против
  него не имею, но нас с тобой крепко связывает прошлое, а его мне
  рекомендовал один человек, которого этой весной убрали наемные убийцы. Ты
  старше - приглядишь?
   - Не хотелось бы быть надзирателем. Ты ведь меня знаешь...
   - Подожди, Серго... На кого же мне тогда опираться, если не на своих
  людей? Это что - непосильная для тебя просьба? Тогда, извини, нам с тобой
  придется разбегаться...
   - Не кипятись, Веня. Что от меня зависит, я сделаю, но идти с человеком
  на дело и исподтишка следить за каждым его шагом...бр-р-р, это противно...
   - Согласен! Ты не следи, а наблюдай. Есть разница?
   - Не очень существенная.
   - Вот за нее и давай выпьем. Но пей с оглядкой, завтра у тебя
  самостоятельный выход в люди.
   Карташов натянуто улыбнулся.
   - Выезд Наташи Ростовой на первый бал.
   - Да-с... С ПМ под бальным платьем и в легком бронежилете, - Брод
  расплылся в широкой улыбке и Карташов увидел, какой недогляд царит у него во
  рту.
   Он знал, что Вениамин Борисович больше всего на свете боится бедности и
  зубных врачей...
  
  
   Нежданные