фона, Таллер начал судорожно
  набирать номер. Брод откликнулся мгновенно.
   - Веня, - тихо сказал Таллер, - у меня в офисе два субъекта ведут
  нехорошие разговоры...Нет, я их вижу впервые, бросай все и гони сюда...Сядь
  им на хвост и прозондируй - кто, откуда и на кого работают...Да, шестисотый
  "мерин", у меня под окном, а я постараюсь их немного помариновать...
   Когда он вернулся в кабинет, человек, назвавшийся Клявиньшем, находился
  у стены и рассматривал, висящие на ней фотографии. На одной из них Таллер
  стоял рядом с президентом Франции Шираком. По диагонали снимка проходила
  размашистая дарственная надпись с личным автографом главы Французской
  республики...
   - У вас колоссальные связи, господин Таллер...Случайно, это не ваш
  клиент? - посетитель явно имел в виду президента Франции.
   - Я вам, господин Клявиньш, тоже сделаю комплимент - вы говорите
  по-русски почти как русский интеллигент... Случайно, вы не заканчивали
  Московский университет?
   Гость взглянул на своего молодого попутчика и пододвинул к себе стул.
  Поправил пиджак, подтянул на коленях брюки, а когда уселся, скрестил ноги.
   - Мой отец в 1949 году был репрессирован и выслал в Тайшет, где много
  лет работал на мыловаренной фабрике...И я там родился и там же учился, пока
  не поступил в институт...Между прочим, в 1-й Московский мединститут...
  Поэтому ваша ирония насчет моей интеллигентности неуместна.
   - Пардон, не желал вас обидеть...